Поначалу дело идёт ни шатко ни валко: несколько подписчиков, пара долларов за фотографии, которые Марго делает на телефон в своей тесной квартирке, пока ребёнок спит в соседней комнате. Но когда её отец, бывший профессиональный рестлер, чьи мышцы и устрашающий вид когда-то собирали стадионы, а теперь он ведёт унылую жизнь на диване, узнаёт о новом бизнесе дочери, Марго ожидает самого худшего — скандала, проклятий и разрыва последних связей. Однако отец, который сам когда-то зарабатывал на жизнь тем, что его тело было инструментом для зрелищ, видит в этом не позор, а, как ни странно, возможность. Он не только не осуждает Марго, но и становится её главным советчиком и менеджером, используя свои знания о постановке света, эффектных ракурсах и работе с публикой — всё то, чему его научили годы на ринге, где каждый выход должен быть зрелищем. Благодаря его советам, её контент становится более профессиональным, её образ — более продуманным, и популярность Марго начинает расти как снежный ком. Подписчики приходят не только из-за её внешности, но и из-за странного шарма, сочетания уязвимости и силы, которые она транслирует. Но по мере того как доходы растут, а угроза выселения отступает, Марго всё острее чувствует, как меняется её жизнь: она оказывается в мире, где границы между реальностью и перформансом стираются, где каждый её жест может быть истолкован превратно, а анонимные подписчики начинают требовать всё большего. И теперь ей, вместе с отцом, который, возможно, видит в этом проекте свой последний шанс на что-то значимое, предстоит балансировать между необходимостью зарабатывать на жизнь и желанием сохранить остатки собственного достоинства, а также понять, какую цену она готова заплатить за эту новую, странную форму свободы.

Всё меняется, когда Тётя Лидия поручает Агнес опеку над новой воспитанницей — Дейзи, девочкой, приехавшей в Гилеад из Канады, из того самого мира за забором, который местные называют «падшим», но который, как вскоре выяснится, предлагает нечто, чего в Гилеаде нет и быть не может: свободу. Дейзи, не знакомая с местными порядками, не понимающая, почему нельзя смотреть мужчинам в глаза и почему каждое её слово может стоить жизни, начинает задавать вопросы, на которые у Агнес нет ответов. Сначала робко, потом всё смелее, Дейзи показывает подруге, что жизнь за пределами колючей проволоки не ад, как учат в школе, а совсем иное — с музыкой, книгами и правом выбора. Дружба между девочками, возникшая вопреки всему — запретам, разнице в воспитании, постоянной слежке, — становится для Агнес тем самым зеркалом, в котором она впервые видит не себя в розовых очках, а своё общество таким, какое оно есть на самом деле: жестоким, несправедливым и бесчеловечным. Взгляд извне, который дарит ей Дейзи, ломает ту картину мира, что выстраивалась годами, заставляя Агнес понять, что её послушание — это не добродетель, а клетка, а её «счастливая» жизнь — это участь, от которой в других странах женщины бегут с криками ужаса. Теперь перед девушкой, которая ещё вчера была образцовой ученицей, встаёт мучительный выбор: остаться в привычном мире, где она знает своё место, или, рискуя всем — свободой, семьёй, самой жизнью, — встать на путь, который может привести её либо к разрушению Гилеада изнутри, либо к полному исчезновению в его безжалостной машине.

Психолог Джоанн Фелдер, которую Дункан держит при себе не столько для душевного равновесия, сколько для того, чтобы всегда иметь под рукой специалиста, способного анализировать и предугадывать поведение партнёров и конкурентов, становится его главным советником в этой игре на выживание. Вместе они отправляются на переговоры к Бардольфу, надеясь, что его деньги и влияние смогут погасить пожар, который уже грозит перекинуться на всю долину. Но то, что начинается как обычная встреча в роскошном особняке, где каждый предмет интерьера стоит больше, чем годовая зарплата среднего программиста, заканчивается сценой, достойной самого мрачного триллера: вилка, внезапно оказавшаяся в руке Дункана, становится не просто столовым прибором, а символом того, насколько далеко готов зайти магнат, чтобы добиться своего. Дункан, который привык вести переговоры с позиции силы, внезапно понимает: он не игрок, а пешка, и цена, которую Бардольф требует за своё спасение, намного выше, чем просто доля в компании или место в совете директоров. Ему придётся заплатить тем, что составляет саму суть его личности — своей репутацией, своими принципами, а возможно, и душой, потому что в мире Кремниевой долины, где технологии стирают границы, самое страшное, что может случиться, — это осознать, что границы человечности для некоторых давно перестали существовать. И теперь Дункану, который всегда думал, что создаёт будущее, предстоит решить, готов ли он стать частью того будущего, где правят не идеи, а страх и безнаказанность.